Награда Императора.
                                      (Притча)

  Жила-была Империя. Обыкновенная. Самая настоящая. То есть – с обширными землями, многочисленным и разноязыким народом, с Императором и его двором, с длинными границами, союзными державами-соседями и державами-врагами.
  Императора люди звали Справедливым, потому что он, как бы кто ни старался, никогда ни кого не казнил без тяжкой вины, никогда по своей прихоти не развязывал войны. Император любил мир и всякие мирные занятия – балы, пиры, охоту – и потому помирил свое государство со всеми врагами, с какими вообще можно было договориться. Но этому счастливому времени вдруг пришел конец – на самой границе взбунтовался Город-Крепость. Неслыханная вещь! Город-Крепость собирался отделиться от Империи! И пришлось Императору послать в наказание мятежникам своего Любимого Генерала во главе четырех отборных легионов императорской армии.
  Потом Императору самому захотелось узнать, как идут дела. Сами знаете, как собираются в дорогу Императоры, - с ними в путь норовит отправиться и весь двор со всей столицей в придачу! Но Император проявил твердость – с ним поехали только три самых умелых Генерала, Первый Министр и – что делать! – придворный Палач.
  Когда они прибыли к осажденному Городу-Крепости, сражение уже завершилось. К Императору выехал сам его Любимый Генерал и радостно объявил:
  - Сир, Ваше Императорское Величество! Мятеж подавлен! Победа, полная победа, сир!
  - Прекрасно! – ответил Император. – Проводи меня до крепостной стены и расскажи, как всё происходило, да покажи!
  Они поехали к основанию вала Крепости. На земле лежали тела мертвых солдат.
  - Кто это? – спросил Император.
  - Это – наши храбрейшие войны, Ваше Императорское Величество! Они первыми пошли в атаку, чтобы выполнить Ваш приказ! – ответил Любимый Генерал. Лицо Императора сделалось чуть более серьезным.
  Они пересекли ров по опущенному мосту, миновали ворота. Император пожелал сам подняться на стену.
  - А кто лежит здесь? – спросил он, показывая на многочисленных убитых.
  - Это наши храбрые воины и их враги-мятежники, сир! – ответил Любимый Генерал.
  - Что-то я не пойму, чем же наши воины отличаются от мятежников? У них ведь одинаковая форма! – удивился Император.
  - Бунтовщики, Ваше Императорское Величество, отличаются от наших солдат только тем, что носили на рукавах синие повязки! – объяснил Любимый Генерал. Лицо Императора помрачнело.
  Теперь они двигались в сторону Главной Площади. Император заметил, что среди выгоревших развалин и на мощеных камнем мостовых всё реже попадаются тела убитых солдат и всё чаще – мертвые старики, женщины и дети. Чем ближе они подъезжали к Площади, тем более угрюмым делался Император.
  На самой главной площади правитель увидел пьяных солдат, которые пили вино иногда прямо из открытых бочек.
  - А это кто такие? – спросил монарх своего Любимого Генерала.
  - Это – Ваши доблестные солдаты, сир, те, кому удалось победить окончательно и к тому же уцелеть в бою! – ответил тот, расплываясь в радостной улыбке.
  - Ваше Императорское Величество! – зашептал на ухо Императору Первый Министр. – За то, что Ваша воля была исполнена, этому человеку полагается награда! Вот, сир, на этой подушечке мы приготовили Звезду для Вашего Любимого Генерала!
  - Что ж! – сказал Император. – Действительно, за выполнение приказа тебе, мой Любимый Генерал, полагается вот эта самая Звезда! Но только …
  - Что, сир?! – взволновался Любимый Генерал.
  - Скажи-ка, сколько солдат осталось в живых после этого дела? – спросил Император.
  - Половина легиона, сир! – отчеканил Любимый Генерал.
  - Половина?! Хорошо, ты получишь свою награду, мой Любимый Генерал! Но только – посмертно! Эй, Палач, приготовься!
  - За что, сир, я же сделал, как Вы и приказывали! – возразил Любимый Генерал.
  - Я понимаю, что победителей не судят, но после ТАКОЙ победы было бы стыдно тебе, мой Любимый Генерал, оставаться в живых! А потом – мой приказ ты не выполнил! Я велел тебе наказать МЯТЕЖНИКОВ, а ты перерезал в этом Городе и моих ПОДДАННЫХ!
  - Сир, народ нас не поймет, если Вы казните вашего любимца именно теперь! – снова зашептал Первый Министр.
  - Вот и похороните нашего Любимого Генерала со всеми почестями вместе с нашими павшими воинами, которых он вел в бой! – повелел Император. – А в стране объявите, что наш Любимый Генерал пал в битве в первых рядах! …
  … Прошли годы. Люди забыли, что когда-то называли Императора Справедливым. Теперь они именовали его Кровавым…

                                                                            9.10.08
   

1.Тут вот какая обыда приключилась, господа рыцари! Я гонял этот мод с применением Бэтлсайзера, набора 3D текстурок от GE и со "снежковским" патчем. Ню и вот дождался: сделал пару сэйвов 2230-го игрового дня, потом нужно было скачать последнюю сохранёнку, а мне в ответ - полный вылет и сообщение "Runtime Error" и, мол, виновник этого - файл main.dll из директории ...\M&B История героя\, т.е. из главной дирекории игры. Так и эдак пытался запустиь игру - все та же ошибка, да и новая игра не стартует. Что делать?

2. Глюков у мене тут целая коллекция:а) фракцию уничтожили, а ее патрульные все так же по карте носятся, убиваешь их - снова "родяться" неизвестно откуда;  б) переодически на экране глобальной карты высыпаюся сообщения об ошибках в скриптах, прям таки пачками!  в) битва не кончается, даже если у врага 0 юнитов - "наши" стоят себе в чистом поле и всё!  г) по карте шляются "неупокоенные духи" - отряды с таким, например, раскладом "0+3" или "0+5". Этих пленников можно освободить, конечно, но где же битва с врагом?! 

Дело в следующем: фракция, за которую воюет ГГ, потихоньку, не без его помощи, конечно, начинает валить вражескую державу - сперва захватывает все Замки, потом пыжится захватить и Города так же. Но, увы, когда остается посмледний Город, то там на стенах слишком много Лордов скапливается и энти заразы никак не дают таким образом добить всю враждебную фракцию. Начал новую игру, гляжу - снова здорово, опять - первым делом все Замки, а уж Города брать "стесняются"! Странно, но в Ребелансе, например, тактика была более мудрой - фронтальное вытеснение врага в один единственный Замок, где вражинам уж явно не комфортно и взять который трудно, но вполне выполнимо!

Блин, в чем же тут заковыка-то? Може в настройках чего ковырнуть?! 

(Рассказ в стиле «фэнтази-хорор», посвященный Кальрадии и … «Матрице»)


   … Костер горел ярко. От реки тянуло сыростью. В этот час у огня сидели трое. Широкоплечий мужчина с черной бородой и черными волосами на свернутой попоне точил большой меч о тощий брусок, который, очевидно, давно служил своему хозяину и не раз делал боевую сталь воистину смертоносной и острой как бритва. Молодая женщина, в легкой кольчуге, справа от него, задумчиво смотрела на макушки деревьев, что виднелись на фоне неба с яркими звездами. Ее светлые волосы сейчас были распущены и свободно струились по плечам. Ее пальцы медленно перебирали струны старой лютни, от чего музыка не звучала, но лишь слышался приятный, переливчатый звон. Чуть дальше от нее, по другую сторону жарко горящих веток, присев на корточки, находился еще один мужчина, судя по лицу и разрезу глаз – степняк. На его теле сидела поношенная безрукавка, явно снятая с чужого плеча, серым мехом наружу, подбитые кожей штаны были заправлены в сапоги, пошитые из грубо выделанной шкуры, а на голове он нес надтреснутый южный шлем, с макушки которого на спину спускалась шелковая лента, «когда-то» красная, теперь же изрядно выцветшая и замызганная. Этот кочевник перебирал стрелы, извлеченные из колчана за спиной, внимательно осматривая их оперения и наконечники. Все они молчали, как сейчас молчала вся округа вокруг чутко дремлющего лагеря наемников, разбитого после дневного перехода и короткого сражения.
   Внезапно трава зашуршала под чьими-то ногами. Присутствующие обернулись на шорох, и вскоре в полосу света вступил рыцарь в латах, «украшенных» следами множества битв. Он снял свой рогатый шлем и присел к костру. Вновь прибывший не проронил ни слова еще несколько минут, а потом спросил:
   - Что скажешь, Корсар? Как наши дела!
   Черноволосый и чернобородый здоровяк прекратил свое дело, тяжело вздохнул и медленно ответил густым, хриплым голосом:
   - А что я могу сказать, господин?! Караван свадов, который мы разбили и разграбили, вез мало чего ценного! Конечно, наемники насобирали с поля много изгаженных со страха портков, да только все это тряпье нам не продать за много монет! А их оружие – пара клятых арбалетов, да болты,  сделанные левой ногой – Генрих посмотрел и разругался, как я давно от него не слышал! А вот потери …
   - Ну, сколько?
   - Двое получили по удару дубинами по башке – очухаются, а вот 214-й и 23-й – им хана, даже доктор не смог ничего сделать со своей наукой! 214-го пропороли копьем насквозь, а 23-й пал, словив лезвие алебарды!
   - Хм, что ж, всего четверо!
   - Да, я тоже был бы спокоен, но это уже шестой раз, когда мы теряем рядовых наемников, шлясь тут, во враждебных землях! Прошу Вас, господин, послушайте моего совета: уйдем побыстрее к вейгирам, наберем побольше харчей, окажем пару услуг тамошним владыкам и, клянусь, все пойдет на лад!
   - Ценю твое мнение, но что скажут остальные?! Как вижу, нас тут только четверо из шести, из шести тех, Кого должны Звать по Имени! Придется дожидаться утра, чтобы созвать совет! – рыцарь поднялся. – Ладно, отдыхайте! Рассвет уже скоро!
   - Ну, вот, опять это клятое словечко – «совет»! Черт его знает, что оно значит! Которую загрузку я в Кальрадии, а такое первый раз слышу! А еще это прозвище – Корсар! Откуда он его только взял?! – ворчал чернобородый, с остервенением шоркая по лезвию меча точилом, когда рыцарь скрылся в темноте.
   - Наш господин, однако, юз! Да-да, юз, юз он и есть! – подал голос житель степей.
   - Напрасно вы так! Он - добрый! Никогда не забуду, как он бросился в самую гущу драки, чтобы уберечь меня от удара в спину! – проговорила молодая особа.
   - Не спеши таять под его взглядом, Инира! Все они хороши! Все лорды, в конце концов, одинаковы – подай им побольше золота, власти, да славы! А славу свою они строят на наших костях! – продолжал ворчать обладатель длинного меча.
   - Не скажи, однако! Я помню, хорошо помню! Тебя и тебя еще не взяли в отряд, а наш господин уже побывал Красным Бароном! – кочевник положил стрелы перед собой на землю, достал из-за пазухи длинную трубку и, раскурив ее от тлеющей головни, продолжил: - Я скакал вместе с ним – мы шли на помощь союзнику против кергитского хана. Небо скрылось за тучей стрел! Наш господин потерял лошадь в первые же минуты боя. Союзники по своему обычаю ломанулись вперед и все как один полегли под стрелами врага, а наш господин остановил нас меж деревьев и приказал стоять насмерть! Мы бились с этим ханом до поздней ночи, он превосходил нас числом воинов, но мы победили! Наутро я увидел, что наш господин стоит под деревом по колено во вражьих трупах, из-под левого наплечника у него торчит стрела, а все латы и щит густо-густо покрыты кровью! С тех пор я с великим уважением называю его Красным Бароном, хотя, в отличие от прочих государей, он не носит никакого гордого титула перед своим именем!
   - Ну, ты прямо сомлел от таких воспоминаний, Бекхеш! – не унимался здоровяк. – Нет, говорю вам – он злобный и коварный! Помните, как тогда, в горах, мы торчали на вершине скалы, в то время как у ее подножья союзники клали свои головы за честь своего господина! Этот юз даже не пошевелился, чтобы помочь им!
   - У тебя странная память, старый нордский налетчик! – горячо заметила девушка. – Сколько нас тогда было – 70 против 160 врагов! А из боя вышло всего 13! Наш господин жалел нас, он хотел сберечь нас для будущих побед, а ты тут поливаешь его помоями!
   - Ну да, с этой-то чертовой дюжины и идут наши несчастья! Этот юз, если он действительно юз, как раз и есть по счету 13-й! – чернобородый злобно сплюнул в сторону. – И еще: я тут недавно узнал кое-что, от чего кровь стынет в жилах даже у такого бывалого морского налетчика, как я! Слушайте: неделю назад я говорил с одним лучником, освобожденным из плена и нанятого к нам. Так вот, он говорил, что в прошлую загрузку участвовал на стороне какого-то лорда в сетевой битве. Уж не знаю, какими сетями они там размахивали и как ими дрались, да только кровищи там было пролито – страсть!!
   - Почему это? Как так? – удивились оба его собеседника, спрашивая одновременно.
   - А это все потому, что там рубились не простые лорды, каких и тут пруд пруди! Там были одни юзы! Так этот лучник рассказывал еще, что они-де сами не так сильны, а вот когда армии в бою сходятся, такое начинается! Обходы, засады, удары сзади – да в такой кутерьме, в такой каше и не узнаешь, с какой стороны удар прилетит, а сечи – так без всяких там отступлений! До конца они упираются или атакуют так, что чертям в аду жарко! Сущая преисподняя на поле брани творится! Вот и подумаешь тут, а хорошо ли иметь юза в хозяевах или нет!
   - Чудно, однако! А что еще твой приятель поведал? – спросил степняк.
   - Ничего он больше не скажет – ему третьего дня «моргенштерном» «котел» разбили! – ответил мрачно тот, кого прозвали Корсаром. – Вы, конечно, как знаете, а если и дальше так пойдет, я через пару дней дам деру и гори они все огнем! Может, к дезертирам прибьюсь, с ними, говорят весело, но опасно, да только думаю, что здесь не в пример опаснее скоро станет!
   - Угу, дело, однако, говоришь! – согласился тот, кого назвали Бекхешем. – А тут еще счет этот несчастливый, да я еще недавно на баранью лопатку глядел – по всему выходит мне в плен попасть! Давай, однако, подадимся вместе! А ты как, Дочь Меча, с нами или с ним останешься!
   - Меня не бойтесь – я ему про вас ничего не скажу! Останусь я, мне так предначертано! – особа в легкой кольчуге потупилась, а потом сказала более решительно. - А вы оба уходите-ка прямо сейчас, пока еще не погасли звезды! И да хранит вас Бог! Ну, идите же!
   Корсар и Бекхеш бесшумно скользнули в кромешный мрак ночи. Инира вновь опустилась на свое место и подняла с земли старую лютню. Она, прежде чем вновь начать перебирать струны, поцеловала узорчатое кольцо на своем безымянном пальце левой руки, сплетенное из золотой и серебряной проволоки и украшенное маленьким камнем, переливающимся в свете языков пламени …

                                                -----

… Алексей откинулся на спинку операторского стула и оттолкнулся ногами от пола. Стул покатился прочь, назад, к противоположной стене, но быстро остановился под действием веса человеческого тела. Пора уходить! И то правда – сегодня он задержался дольше всех, а проект уже был завершен, на завтра предстояла сдача, а потом – несколько свободных дней по случаю предстоящей свадьбы! Выключая компьютер, он повертел диск в руках. «Да, хорошая игруха, хотя и не без занудства! В другой раз прихвачу его снова, чтобы так же, после работы, немного «побалдеть», пока шеф в отлучке!» - подумал он, засовывая диск в пластиковом футляре во внутренний карман своей куртки. Вдруг что-то помешало – он выдернул диск обратно. Тьфу, как он мог забыть! Ну, конечно, самое главное, за чем он утром заходил в ювелирный – маленькая коробочка, покрытая красным бархатом! Алексей не удержался – ухмыляясь собственным мыслям, достал коробочку и открыл ее под лучами от единственного источника верхнего освещения, все еще горевшего в помещении. В мягком свете сверкнули два кольца, изготовленные из витой золотой и серебряной проволоки, с маленькими блестящими камнями. Он еще вспомнил, что фото будущей невесты лежит у него в ежедневнике, сразу за последней страницей, на обратной стороне которой написано ее рукой: «На память о лете. Твоя И.» …

                                           ----

   … Его нашли через четыре дня, в роще, в нескольких минутах ходьбы от его дома. Как записал потом милицейский эксперт, «сквозное проникающее ранение в область груди, нанесенное холодным оружием с двумя режущими кромками, повлекшее смерть от большой потери крови». Эксперт не смог точно сказать, каким оружием нанесены еще три раны на ногах и правой руке жертвы, но в нескольких шагах от тела нашли предмет, напоминающий обломанное оперение стрелы для лука …
                     22. - 23.02.09