Пытки и казни, или всё для спокойствия народа

Забиваю ПЫТКИ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ и выискиваю материал. Понемногу -там-сям.

поисковик эт помощник , а не источник... найти быстро нужное али выхватить горячий каштан... и обычно качество подгулявшее...
а за информацией лучше по библиотекам типо http://www.vostlit.info/ и иже похожих....их ща много...

Кстати неплохо было бы по искусству тоже главочку сделать

это было бы интересней и полезней чем нонешняя ветка... токма конкретики побольше ...выбрать время и направление: костюм, живопись, скульптура и тд. и по нему уже потихоньку двигаться....

По моему разумению бесполезным является ничего неделанье  ну и откровенное  переливание из пустого  в порожнее...Ну а на пальцах -хоть что-то  узнать,даже нечто неприглядное ,но соответствующее эпохе -уже неплохо.Мне нравится цикл фильмов по самым тяжёлым работам прошлых эпох. Например,как собирались птичьи яйца,носили в портшезе, как собирали мочевину,для пороха ну и прочее...Интересно подан материал у ГАРРИСОНА  в цикле романов про викингов . В учебниках максимум короткой строчкой,его воображение позволило наглядно реконструировать  казни,жертвоприношения,пытки...Эпоха такая. Это не осовремененный фильм костюмированный. Так было -рыцарство соседствовало с подлостью, предательство с верностью...

Ну а на пальцах -хоть что-то  узнать,даже нечто неприглядное ,но соответствующее эпохе -уже неплохо.Мне нравится цикл фильмов по самым тяжёлым работам прошлых эпох. Например,как собирались птичьи яйца,носили в портшезе, как собирали мочевину,для пороха ну и прочее...Интересно подан материал у ГАРРИСОНА  в цикле романов про викингов . В учебниках максимум короткой строчкой,его воображение позволило наглядно реконструировать  казни,жертвоприношения,пытки...

история ест наука...  а на пальцах и нафантазировать это как раз и есть откровенное  переливание из пустого  в порожнее...
фантазировать, мечтать можно и нужно, но  уже к истории это не имеет никакого отношения... это уже ближе, как вы выразились,  к костюмированному фильму...

Эпоха такая. Это не осовремененный фильм костюмированный. Так было -рыцарство соседствовало с подлостью, предательство с верностью...

эпоха как эпоха... ничем не лучше и не хуже античности али той же современной, где також всего хватало с лихвой....и жестокости, и "рыцарства", и подлости , и верности с предательством...
 homo sapiens ... человек разумный -- не всегда разумный человек...изначально и по сей день...

и не хуже античности

Мне особливо римляне нравяца, сегодня они могли заключить мир, завтра – бить в спину союзнику, таких беспринципных сволочей мир не видел ни до, ни после… обожаю их

По моему разумению бесполезным является ничего неделанье  ну и откровенное  переливание из пустого  в порожнее...Ну а на пальцах -хоть что-то  узнать,даже нечто неприглядное ,но соответствующее эпохе -уже неплохо.Мне нравится цикл фильмов по самым тяжёлым работам прошлых эпох. Например,как собирались птичьи яйца,носили в портшезе, как собирали мочевину,для пороха ну и прочее...Интересно подан материал у ГАРРИСОНА  в цикле романов про викингов . В учебниках максимум короткой строчкой,его воображение позволило наглядно реконструировать  казни,жертвоприношения,пытки...Эпоха такая. Это не осовремененный фильм костюмированный. Так было -рыцарство соседствовало с подлостью, предательство с верностью...

Я какбэ ничего против такого формата не имею, всяко лучше чем то, что некоторые постят. Но гнев модераторский - такая штука, с ней считаца надо.
Но все-таки добавлю, что перепостинг из интернетов без осмысления и подкрепления первоисточниками откровенно опасное занятие. Так как выискивать недосказанности, преувеличения, обманы и прочие не кошерные с точки зрения исторической науки весчи, приходица уже посетителям форума. Вот только не все среди них готовы к этому (да и просто желания может не быть)… а после этого мы все еще удивляемся тому, что английские длинные луки пробивают рыцаря на вылет с 300 шагов, а катана режет плоть и сталь аки раскаленный нож масло!
Вот несколько примеров моего небольшого изучения вопроса касательно ведения ведовского процесса:
Стоит отметить, что до конца 15 века инквизиция почти не занималась охотой на ведьм, основным направлением деятельности церкви была борьба с ересью (альбигойцы, катары и пр.). Историю инквизиции принято делить на 3 этапа: додоминиканский, доминиканский, испанский. На 1 этапе (до 13 века) инквизицию осуществляли под попечением епископата - оцените размах. Затем (в начале 13 века - Тулузский собор 1229 г. смотреть сюда http://www.scrollpublishing.com/store/Inquisition.html) к делу подключили доминиканцев, согласно разнарядке на одну епархию приходилось один-два назначенных монаха, ну что сказать: масштабы инквизиции выросли почти в два раза. Полноценно ловить ведьм они стали только после буллы Папы Иннокентия VII «Summis desiderantes affectibus» 1484 г. http://absentis.org/hrus/innocent_viii_bulla.htm. Советую обратить внимание на эти строки: «И хотя возлюбленные сыны наши, Генрих Инститорис и Яков Шпренгер, члены ордена доминиканцев, профессора богословия, нашим апостольским посланием были назначены и до сего времени состоят инквизиторами, первый - в вышеназванных частях Верхней Германии, обнимающих, как надо понимать, и провинции, и города, и земли, и епархии, и другие такого рода местности, а второй - в некоторых областях вдоль Рейна однако, некоторые клирики и миряне в этих странах, не в меру высоко ставя свое разумение, не стыдятся упорно утверждать, что так как в полномочных грамотах не были поименно и точно указаны эти епархии, города и местности, а также некоторые лица и их проступки, то поэтому вышепоименованным инквизиторам в вышеназванных провинциях, городах, епархиях, землях и местностях нельзя заниматься инквизицией и что их не должно допускать к наказанию, заключению в тюрьму и исправлению упомянутых лиц за вышесказанные злодейства и преступления». Представляя себе охват деятельности такого количества инквизиторов, так и хочеца задаца вопросом о невинно замученных миллионах крестьянок. Спустя два года, в 1486 вышел «Молот ведьм» http://www.lib.ru/HRISTIAN/INKWIZICIQ/hexenham.txt. Самое массовое сожжение в доминиканский период произошло в 1244 году после взятия Монсегюра http://ru.wikipedia.org/wiki/Монсегюр. А вот инквизиторов работавших на количество, наподобие Робера Лебугра, в 1235 году сжегшего (опосредованно конечно же) 183 человека - наказывали, жестоко наказывали, конкретно для него Папа устроил индивидуальное пожизненное заключение.
Обращаю внимание, что инквизиция не работала «на костер», первейшей задачей инквизитора было добица признания и покаяния в грехах, за это «костер» не давали, однако последний был выгоден местным владыкам, получающим с этого конфискованное имущество. То есть светские власти были заинтересованы в том, чтобы сжечь как можно больше еретиков.
Собственно к концу 15 века деятельность инквизиции очень сужаеца, во многом за счет противодействия со стороны светских властей, которые решили сами осуществлять энти функции. Одновременно с этим разворачиваеца та самая «охота на ведьм», которую преимущественно ведут уже не монахи-богословы, а миряне, слабо заинтересованные в соблюдении христианских добродетелей. Особые результаты были достигнуты в 17 веке. Вот тебе и «беспредельно фанатичные» средние века.
Особняком стоит совсем ебнутая на голову испанская инквизиция (опять же с конца 15 века), вот где размах и удаль… и по ряду причин можно считать, что именно катастрофический отток населения из метрополии привел к упадку Испании, несмотря на все золото инков.

рыцарство соседствовало с подлостью, предательство с верностью...

Ну так рыцари  первые, кто подлости не глушались

Вопрос. Хотелось бы спросить,что из представленного выше вызывает некие сомнения?Второе. Часть первоисточников ,особенно нашего времени, была зачастую плодом деятельности современных кабинетных учёных. Неких переписчиков. Как раз без разумного осмысления.Кстати к документальным источникам тех же СРЕДНИХ веков и АНТИЧНОСТИ тоже надо относиться не как к последней инстанции.Историю писали победители,стараясь по возможности превозносить работодателя.Кстати фальшивых псевдодокументов тоже было сработано немало.Ну и наконец. Флуда нет. Бояться гнева....Отбоялся я своё в прочном корпусе и в ПРИБАЛТИКЕ - чемодан -вокзал -РОССИЯ со стрельбой из калашей и откровенно бандитскими разборками.Скорее всего надо говорить о возможном недопонимании. Эпизодическом...

Часть первоисточников ,особенно нашего времени, была зачастую плодом деятельности современных кабинетных учёных.

 ученые они на то и учёные, чтоб в кабинетах работать... не асфальт же им ложить...
на счет их добросовестности, на то есть научное сообщество...да и никто не мешает заглянуть в два, три , десять различных источников, шобы сравнить взгляды на необходимый вопрос...

Неких переписчиков. Как раз без разумного осмысления.Кстати к документальным источникам тех же СРЕДНИХ веков и АНТИЧНОСТИ тоже надо относиться не как к последней инстанции.Историю писали победители,стараясь по возможности превозносить работодателя.Кстати фальшивых псевдодокументов тоже было сработано немало

никто к ним так и не относится... но энто в любом случае лучше чем ничего ....
и уж точно лучше чем вычитывать эмпирейныя видения кабинетных писателей-фантастов... али самим на пальцах прикидывать...

Бояться гнева....Отбоялся я своё в прочном корпусе и в ПРИБАЛТИКЕ - чемодан -вокзал -РОССИЯ со стрельбой из калашей и откровенно бандитскими разборками.Скорее всего надо говорить о возможном недопонимании. Эпизодическом...

боятся и не надо...вам тута зла не желают, и плохого не советуют...  и ан нету  аркебузы... а ежели бы и была, то пришлось бы очень близко подкрасться шобы попасть...
Но... так как ветка Историческая  было бы  совсем неплохо  прислушаться, так скзать из уважения к правилам (не моим личным) "монастыря"....
и  такой подарок вам, как ценителю прекрасного... 

Francisco José de Goya y Lucientes Aún aprendo

У  меня вопрос. Есть ссылочка на музей пыточных дел.Есть ли смысл выложить фотографии оттуда на форум

?http://www.manhunter.ru/offline/168_vistavka_orudiya_pitok_srednevekovya.html

ВИЗУАЛИЗАЦИЯ ,ЧАСТЬ 1.

Шестнадцатый вопрос о времени и о втором способе допроса. Двенадцатый акт судьи. О последних мерах предосторожности, которым должен следовать судья

К вышесказанному надо прибавить, что допрос ведьм лучше всего производить в дни больших праздников – в то время, когда в церкви происходит богослужение. Надо предложить молящимся просить о ниспослании божьей помощи. Далее, надо надеть на шею ведьме те освящённые вещи, которые были нами указаны выше, а также и написанные на бумаге семь слов, произнесённых Христом на кресте. Опыт показал, что эти вещи весьма мешают ведьме действовать.

1) Ей даётся затем питьё натощак, о котором сказано выше. Не прекращая увещеваний, ведьму поднимают тогда на дыбах с земли, а затем, пока продолжается пытка, ей читаются показания свидетелей с указанием их имён. При этом судья прибавляет: «Вот видишь, твои преступления доказываются свидетелями». То же говорит он при очной ставке обвиняемой со свидетелями. Если она продолжает запираться, то пусть судья предложит ей доказать свою невиновность судом божьим через раскалённое железо. Все ведьмы согласны на это испытания, так как они знают, что дьявол предохранит их от ожога. Вследствие этого, однако, подобное испытание им не разрешается. Если ведьма продолжает упорствовать, то её следует освободить от пут и поместить в другую камеру заключения, но ни под каким видом не отпускать на поруки, так как она от этого станет ещё хуже и ничего не откроет. Заключённую надо хорошо кормить. Надо допускать к ней мужчин, достойных уважения, для того, чтобы они увещевали её сказать правду. Пусть придёт к ней и сам судья и пообещает ей милость. Если обвиняемая, наконец, призналась, то пусть ей пообещают, что она получит больше, чем просит. Это делается для того, чтобы она стала более доверчивой. Это первый приём.

2) Если обвиняемая продолжает упорствовать, то пусть судья допросит её подруг, но так, чтобы она об этом не знала, а затем, узнав от них что-либо отягчающее, пусть сообщит об этом ей. Следует показать ей также те мази и банки, которые были найдены при обыске в её доме, и спросить её, для чего она всем этим пользовалась.

3) При продолжающемся запирательстве судья подсылает ей в камеру достойного уважения мужчину, к которому она питает доверие. Этот мужчина заводит разговор о том, что может обличить ведьму. А в это время особые свидетели слушают за дверями и запоминают сказанное в камере.

4) Когда ведьма начинает признаваться, то судья ни в коем случае не должен прерывать её показания. Даже если она стала признаваться ночью, то он должен продолжать снятие допроса. Если это случилось днём, то пусть он не заботится о том, что придётся позднее позавтракать или пообедать. Надо дослушать её до конца в один приём, хотя бы и в общих чертах. Иначе она вернётся к запирательству и не откроет правды.

5) Если никакие меры побудить ведьму к признанию не помогают, то можно прибегнуть к следующему: обвиняемую переводят в цитадель. Через несколько дней кастелян делает вид, что уезжает. В это время к обвиняемой впускаются доверенные от инквизиции мужчины и женщины, близко стоящие к ведьме. Эти посетители обещают добиться её полного освобождения, если только она обучит их тому или иному колдовству. Многие обвиняемые, согласившись на это, были тут же обличены и принуждены были признаться в своих чародеяниях. Ещё совсем недавно, в страсбургской епархии, недалеко от города Шлеттштадта, в замке Кенигсгейме содержалась некая ведьма, которую никакими пытками не могли принудить сделать признание. Наконец, во время кажущегося отсутствия кастеляна к ведьме были впущены трое знакомых, которые пообещали ей добиться её полного освобождения взамен обучения их некоторым колдовским приёмам. Вначале она не согласилась на это и упрекнула их в том, что они хотят её очернить. Потом она всё же выразила своё согласие и спросила, чему же они хотят научиться. Один из друзей пожелал научиться вызывать градобитие, а другой – научиться покорять женщин. Чтобы научить градобитию, ведьма стала мешать пальцем воду, принесённую в миске, и произносить какие-то слова. Вскоре после этого над близлежащим лесом разразилась такая буря с градом, какой не было видно уже много лет.

Автор: Яков Шпренгер , Генрих Инститорис

http://www.loveread.ec/read_book.php?id=4787&p=80

прошу сразу извинить за временныя рамки, просто ща листаю прелбопытный документец... до темы...
Наказ императрицы Екатерины II, данный Комиссии о сочинении проекта нового Уложения
пока без комментарию...

 Парафин в мочевом пузыре

Изуверский вид пытки, доподлинное применение которой не установлено.

Как это работает?

1. Свечной парафин раскатывался руками в тонкую колбаску, которую через мочеиспускательный канал вводили внутрь;

2. Парафин проскальзывал в мочевой пузырь, где на нем начиналось осаждение твердых солей и пр. гадости.

3. Вскоре у жертвы начинались проблемы с почками и она умирал от острой почечной недостаточности. В среднем смерть наступала через 3-4 дня.

Шири (верблюжья шапочка)

Чудовищная участь ждала тех, кого жуаньжуаны (союз кочевых тюркоязычных народов) забирали к себе в рабство. Они уничтожали память раба страшной пыткой — надеванием на голову жертвы шири. Обычно эта участь постигала молодых парней, захваченных в боях.

Как это работает?

1. Сначала рабам наголо обривали головы, тщательно выскабливали каждую волосинку под корень.

2. Экзекуторы забивали верблюда и освежовывали его тушу, первым долгом, отделяляя ее наиболее тяжелую, плотную выйную часть.

3. Поделив выю на куски, ее тут же в парном виде натягивали на обритые головы пленных. Эти куски словно пластырь облепляли головы рабов. Это и означало надеть шири.

4. После надевания шири шею обреченного заковывали в специальную деревянную колоду, чтобы испытуемый не мог прикоснуться головой к земле. В этом виде их отвозили подальше от людных мест, чтобы никто не услышал их душераздирающие крики, и бросали там в открытом поле, со связанными руками и ногами, на солнцепеке, без воды и без пищи.

5. Пытка длилась 5 суток.

6. В живых оставались единицы, а остальные погибали не от голода и даже не от жажды, а от невыносимых, нечеловеческих мук, причиняемых усыхающей, сжимающейся на голове сыромятной верблюжьей кожей. Неумолимо сжимаясь под лучами палящего солнца, шири стискивало, сжимало бритую голову раба подобно железному обручу. Уже на вторые сутки начинали прорастать обритые волосы мучеников. Жесткие и прямые азиатские волосы иной раз врастали в сыромятную кожу, в большинстве случаев, не находя выхода, волосы загибались и снова уходили концами в кожу головы, причиняя еще большие страдания. Уже через день человек терял рассудок. Лишь на пятые сутки жуаньжуаны приходили проверить, выжил ли кто из пленных. Если заставали в живых хотя бы одного из замученных, то считалось, что цель достигнута. .

7. Тот, кто подвергался такой процедуре, либо умирал, не выдержав пытки, либо лишался на всю жизнь памяти, превращался в манкурта — раба, не помнящего своего прошлого.

8. Выйной шкуры одного верблюда хватало на пять-шесть шири.

 Вживление металлов

Очень странное средство пытки-казни применялось в средневековье.

Как это работает?

1. На ногах человека делался глубокий надрез, куда помещался кусок металла (железо, свинец и т.п.), после чего рана зашивалась.

2. С течением времени металл окислялся, отравляя организм и причиняя ужасную боль.

3. Чаще всего бедняги раздирали кожу в том месте где был зашит металл и умирали от кровопотери.

Разделение человека на две части

Эта ужасная казнь зародилась в Тайланде. Ей подвергались самые закоренелые преступники – в основном убийцы.

Как это работает?

1. Обвиняемого помещают в сплетенный из лиан балахон, и острыми предметами колют его;

2. После этого быстро разрубают его тело на две части, верхнюю половину тут же укладывают на раскаленную докрасна медную решетку; эта операция останавливает кровь и продлевает жизнь верней части человека.

Небольшое дополнение: Эта пытка описана в книге маркиза де Сада «Жюстина, или успехи порока». Это маленькая выдержка из большого куска текста где де Сад якобы описывает пытки народов мира. Но почему якобы? По мнению многих критиков, маркиз очень любил приврать. Он обладал незаурядной фантазией и парой маний, так что эта пытка, как и некоторые другие, могла быть плодом его воображения. Но не стоит поле этого относится к Донасьену Альфонсу как к барону Мюнхаузену. Данная пытка, на мой взгляд, если и не существовала раньше, то вполне реалистична. Если, конечно, накачать человека перед этим обезболивающими (опиаты, алкоголь и т.п.), что бы он не умер раньше, чем его тело коснулось бы решетки.

Надувание воздухом через анальное отверстие

Ужасная пытка при которой человека накачивают воздухом через анальный проход.

Есть свидетельства, что на Руси этим грешил даже сам Петр первый.

Чаще всего так казнили воров.

Как это работает?

1. Жертву связывали по рукам и ногам.

2. Затем брали хлопок и набивал им уши, нос и рот бедняги.

3. В задний проход его вставлял мехи, при помощи которых закачивали в человека огромное количество воздуха, в результате чего тот становился похож на воздушный шар.

3. После этого затыкал ему задний проход куском хлопка.

4. Затем ему вскрывали две вены над бровями, из которых под огромным давлением вытекала вся кровь.

5. Иногда связанного человека ставили раздетым на крыше дворца и расстреливали стрелами до тех пор, пока он не умирал.

6. До 1970 года этот метод часто применялся в тюрьмах Иордании.

Полледро

Неаполитанские палачи любовно называли эту пытку «полледро” — «жеребенок” (polledro) и гордились тем, что она впервые была применена в их родном, городе. Хотя история и не сохранила имени ее изобретателя, говорили, что он был знатоком коннозаводского дела и для усмирения своих скакунов придумал необычное устройство.

Только через несколько десятилетий любители поиздеваться над людьми превратили устройство коневода в настоящий пыточный станок для людей.

Станок представлял собой деревянную раму, похожую на лестницу, поперечные перекладины которой были имели очень острые уголы, чтобы, когда человека положат на них спиной, они врезались в тело от затылка до пяток. Лестница заканчивалась огромной деревянной ложкой, в которую, словно в чепец, вкладывали голову.

Как это работает?

1. С обеих сторон рамы и в «чепце” были просверлены отверстия, в каждое из них продевались веревки. Первая из них затягивалась на лбу пытаемого, последняя связывала большие пальцы ног. Как правило, веревок было тринадцать, но для особенно упорных число их увеличивали.

2. Специальными приспособлениями веревки натягивались все сильнее и сильнее — жертвам казалось, что, раздавив мускулы, они впивались в кости.

ВИЗУАЛИЗАЦИЯ 2

Я прошу прощения у всех участников за оффтоп, но

название темы у меня прочно ассоциируется с призведением Леся Подерев'янського "Казка про рєпку, або ...":

"Розумієте, Мурзік Васильович, людина завжди цікавилася трьома речами. По-перше -своїм калом, по-друге - питками та казнями, і уродами. Дайте їй все це, і вона буде відчувать, шо живе не напрасно. Ми - вчені, питки та казні - то не наше діло, але кал, але уроди..."

Еще раз пардон аз оффтоп, навеяло название темы - прямая цитата из Мытця.

Добавлю. Некоторые несознательные граждане ещё и в игры компьютерные играют да пиво пьют, вместо того ,чтобы детей делать да их воспитывать ....И на форумах да на футболах время проводят....А это уже от меня,том первый, ИЗБРАННОЕ.

ВИЗУАЛИЗАЦИЯ 3

Сваривание заживо (Boling Alive)

Это был весьма болезненный и медленный вид казни. Он был не так широко распространен, как другие методы, но использовался как в Европе, так и в Азии на протяжении 2000 лет. В хрониках описано три вида этой казни: во время первого – обреченного бросали в котел кипящей воды, смолы, масла. Так поступали по законам Ганзы с фальшивомонетчиками. Эти законы не делали скидок и женщинам – в 1456 в Любеке 17-летняя Маргарита Гримм была брошена живой в кипящую смолу за сбыт трёх фальшивых талеров. Такой способ был максимально милосердным – человек практически мгновенно терял сознание от болевого шока при массивном ожоге почти всей поверхности тела.

Во время второго вида казни, предварительно связанный осужденный помещался в гигантский котел с холодной водой. Палач разжигал огонь под котлом, чтобы вода медленно закипала. При такой казни осужденный оставался в сознании и страдал до полутора часов.

Однако существовал и третий, самый страшный вариант этой казни

- подвешенную над котлом с кипящей жидкостью жертву медленно опускали в котел, так чтобы все ее тело варилось постепенно, в течение долгих часов. Максимально долгий срок такой казни был во время правления Чингисхана, когда приговоренный жил и страдал в течение целых суток. При этом его периодически поднимали из кипятка и обливали ледяной водой. По свидетельству очевидцев мясо начало отставать от костей, но человек был еще жив. Сходным образом, хотя и не столь долго казнили несчастных фальшивомонетчиков в Германии - их медленно варили в кипящем масле - "... сначала по колени, потом по пояс, потом по грудь и, наконец, по шею...". При этом к ногам осужденного привязывали груз, чтобы он не мог выдергивать конечности из кипятка и процесс шел непрерывно. Это не было пыткой, в Англии это было вполне законным наказанием за подделывание ассигнаций.

Во времена Генриха VIII (около 1531), это мера наказания была предусмотрена для отравителей. Известна казнь некого Ричарда Руза, который был поваром у епископа Рочестерского. Этот повар подложил яд в еду, в результате чего двое человек умерли, остальные получили тяжелое отравление. Он был признан виновным в измене, и приговорен к свариванию живьем. Это было прямым вмешательством светских властей в духовную юрисдикцию, но преступника это не спасло. Он был казнен в Smithfield 15 апреля 1532 года. Это должно было послужить уроком для всех преступников, задумавших подобное. Служанка в 1531 г. была сварена заживо на ярмарочной площади King's Lynn за отравление своей хозяйки. Маргарет Дави, служанка, была казнена в Smithfield 28 марта 1542 года, за отравление хозяев, с которыми она жила.

Колесование (Breaking on the wheel)

Изламывание на колесе было одним из видов пыток, а позднее и казней в Средние Века.

Колесо было похоже на обычное колесо от телеги, только больших размеров с большим количеством спиц. Жертву раздевали, руки и ноги раскладывались и привязывались между двумя крепкими досками, затем большим молотком палач бил по запястьям, локтям, лодыжкам, коленям и бедрам, ломая кости. Это процесс повторялся несколько раз, при этом палач старался не наносить смертельных ударов (вместо молотка могло использоваться окованное железом колесо).

По записям германского хрониста 17 века, после этой казни жертва превращалась "в гигантскую кричащую куклу, корчащуюся в ручьях крови, подобно морскому монстру с бесформенными кусками плоти, перемешанными с осколками костей". Затем жертву привязывали к колесу, пропуская через сломанные суставы веревки. Колесо поднимали на шесте, с тем, чтобы птицы могли клевать еще живую жертву. Иногда вместо колеса использовались массивные железные пруты с набалдашниками. Также существует легенда, что Святая Катерина Александрийская была казнена таким способом, и в последствии эту пытку/казнь стали называть "колесом Катерины" Это была жестокая пытка, сопоставимая по своей жесткости с позором для казенного. Как говориться в нидерландской поговорке opgroeien voor galg en rad ("попасть на виселицу и колесо"), т.е. быть готовым на любое преступление.

После повешенья, колесование было наиболее распространенным (и в тоже время самым чудовищным) видом казни в Западногерманской Европе с раннего средневековья до начала 18 столетия. Вместе со сжиганием на костре и четвертованием это была самая популярная по зрелищности казнь, которая происходила на всех площадях Европы. Сотни благородных и простых людей приходили посмотреть на хорошее колесование, особенно если казнили женщин.

Небольшое дополнение.

Различные другие пытки и меры выбивания признаний.

Пытка насекомыми
Разные народы использовали разных насекомых для причинения мучений своим жертвам. Наиболее распространенными были мухи (см. ПЫТКА ПОДВЕШИВАНИЕМ, 1-я картинка) из-за их вездесущности. Жертву связывали, обмазывали чем-ибудь «вкусным» и оставляли на «природе». Через некоторое время к ней слитались рои мух, оводов и начинали свое пиршество.

Американские индейцы запускали в печень муравьев.

Советские НКВДисты использовали клопяной бокс. В темном дощаном шкафу разведено клопов сотни, может быть, тысячи. Пиджак или гимнастерку с сажаемого снимают, и тотчас на него, переползая со стен и падая с потолка, обрушиваются голодные клопы. Сперва он ожесточенно борется с ними, душит на себе, на стенах, задыхается от их вони, через несколько часов ослабевает и безропотно дает себя пить.

Пытка звуком
В Московии при Иване Грозном людей пытали так: сажали под большой колокол и начинали в него звонить. Более современный метод — «Музыкальная шкатулка», использовался, когда человеку нежелательно было наносить увечия. Осужденного сажали в комнату с ярким светом и без окон, в которой непрерывно играла «музыка». Непрерывный набор неприятных и никак мелодически не связанных между собой звуков постепенно сводило с ума.

Пытка щекоткой
Щекотка. Не настолько эффективный метод, как предыдущие и потому использовался палачами когда им хотелось позабавиться. Осужденного привязывают или придавливают руки и ноги и щекочут в носу птичьим пером. Человек взвивается, у него ощущение, будто сверлят мозг. Или совсем уж интересный метод — привязыванному осужденному обмазывают пятки чем-либо сладким и запускают свиней или других животных. Те начинают лизать пятки, что иногда заканчивается смертельным исходом.

Другие экзотические методы казни.
Цивилизация усовершенствовала виды казни, но что касается изобретательности и оригинальности, то тут наши предки дадут нам сто очков вперед. Римский император Тиберий придумал следующий вид пытки-казни: с умыслом напоив людей допьяна вином, им, охмелевшим и беспомощным, перевязывали члены, и они изнемогали от задержания мочи. Другой император Гай Калигула применял перепиливание человека пилой. Когда вздорожал скот, которым откармливали диких зверей для гладиаторских зрелищ, Калигула велел кормить зверей преступниками из тюрем, не разбирая меры их вины.

Похоже «развлекался» русский царь Иван Грозный. Один из его любимых видов казни — зашить осужденного в медвежью шкуру (называлось это «обшить медведно») и затем затравить собаками. Так был казнен новгородский епископ Леонид. Иногда на людей натравливали медведей (естественно, в этом случае их не «обшивали медведно»). Иван Грозный вообще любил всякого рода нестандартные казни и казни с «юмором». Я уже говорил, что дворянина по фамилии Овцын он повесил на одной перекладине с овцой.

А вот нескольких монахов он приказал однажды привязать к бочке с порохом и взорвать — пускай, мол, они, подобно ангелам, сразу летят на небеса.

Врача Елисея Бомбелия по приказу царя казнили так: выворотили из суставов руки, вывихнули ноги, изрезали спину проволочными плетьми, затем привязали к деревянному столбу и разводили под ним огонь, наконец, полуживого отвезли на санях в тюрьму, где он и скончался от ран.

Главу иностранного приказа (министра иностранных дел, говоря современным языком) Ивана Михайловича Висковатого по приказу Грозного привязали к столбу, а затем приближенные царя подходили к осужденному и каждый вырезал у него из тела по куску мяса. Один из опричников, Иван Реутов, «неудачно» отрезал кусок, в результате чего Висковатый умер. Тогда Грозный обвинил Реутова в том, что он сделал это нарочно, чтобы сократить мучения Висковатого и велел казнить его. Но от казни Реутов уберегся, успев заболеть чумой и умереть.

Из других видов экзотических казней, применявшихся Грозным, следует назвать попеременное обливание осужденного крутым кипятком и холодной водой; так был казнен казначей Никита Фуников-Курцев. Современники рассказывают, что в конце июля 1570 г., когда на Красной площади в Москве состоялись массовые казни, царь приказал у многих «вырезать из живой кожи ремни, а с других совсем снять кожу и каждому своему придворному определил он, когда тот должен умереть, и для каждого назначил различный род смерти: у одних он приказал отрубить правую и левую руку и ногу, а потом только голову, другим же разрубить живот, а потом отрубить руки, ноги, голову».

Грозный любил «комбинированные» виды казни. Во время казней в Новгороде царь приказывал поджигать людей специальным горючим составом («пожаром»), затем опаленных и измученных, их привязывали к саням и пускали лошадей вскачь. Тела волочились по мерзлой земле, оставляя кровавые полосы. Затем их сбрасывали в реку Волхов с моста. Вместе с этими несчастными к реке везли их жен и детей. Женщинам связывали назад руки с ногами, привязывали к ним детей и тоже бросали в студеную реку. А там, в лодках плавали опричники, которые добивали тех, кто всплывал, баграми и топорами.

Еще один вид казни, применявшийся при Иване Грозном, — это кипячение в жидкости. Использовался он, главным образом, по отношению к государственным изменникам. Приговоренного сажали в котел, наполненный маслом, вином или водой, вдевали его руки в специально вмонтированные в котел кольца и ставили котел на огонь, постепенно подогревая жидкость до кипения. В средневековой Германии подобным образом расправлялись с фальшивомонетчиками.

Другим видом наказания для них, по т. н. Любекскому праву, было снятие с головы волос вместе с кожей.

Хотя Грозный и стремился к оригинальности в изобретении способов казни, в ряде случаев у него были предшественники, хотя, возможно, он не всегда знал об этом. Например, что касается отрезания от тела кусков мяса, — подобное было с неким юношей Филологом, предавшим своего учителя Цицерона. Вдова Квинта (брата Цицерона), получив право на расправу с Филологом, заставляла его отрезать куски мяса от собственного тела, жарить и есть их! Сдирание же кожи с живого человека издавна практиковалось на Ближнем Востоке — так был казнен азербайджанский поэт XIV века Насими.

Еще один вид экзотической казни-пытки описывает Адам Олеарий в путевых записках о Московии XVII века. «Жертву привязывают к спине сильного человека, стоящего прямо на ногах и опирающегося руками на особое приспособление, похожее на высокую, в человеческий рост, скамейку, и в таком положении наносят 200 или 300 ударов кнутом, преимущественно по спине. Удары начинают наносить пониже затылка и идут сверху вниз. Палач с таким искусством наносит удар, что с каждым разом отрывает кусок мяса, соответствующий толщине кнута. Подвергшиеся истязанию большей частью умирают». Подобная казнь применялась еще и в XIX веке, при Николае I, когда формально смертной казни не существовало.

Маркиз де Кюстин в книге «La Russie еn 1839» (в русском переводе — «Николаевская Россия») свидетельствует: «Смертная казнь не существует в России (ее отменила императрица Елизавета. — АЛ.), за исключением случаев государственной измены. Однако некоторых преступников нужно отправить на тот свет. В таких случаях для того, чтобы согласовать мягкость законов с жестокостью нравов, поступают следующим образом: когда преступника приговаривают более чем к ста ударам кнута, палач, понимая, что означает такой приговор, из чувства человеколюбия убивает приговоренного третьим или четвертым ударом». Некоторые виды экзотических казней дожили до наших дней. Например, в Иране в октябре 1987 г. казнили трех человек путем сбрасывания со скалы. Этот вид смерти им предложили на выбор. Альтернативными вариантами были: обезглавливание или задавливание насмерть. Несчастные выбрали прыжок вниз.

В XX веке тоже существовали весьма изощренные смертные казни. Вот некоторые из них.

Замораживание
Другим страшным видом казни, применявшимся в России во время гражданской войны, было обливание человека водой на открытом воздухе при сильном морозе. Центральное бюро партии эсеров выпустило заявление, где говорилось, что в Воронежской губернии, в селе Алексеевском и других селах сотрудники чрезвычайки (ЧК) выводят людей голыми на мороз и обливают холодной водой до превращения их в ледяные столбы. 24 декабря 1918 г. так был казнен Феофан (Ильменский), епископ Соликамский. Его раздели, заплели волосы в косы, связали их, продели в них жердь и на этой жерди опускали в прорубь на реке до тех пор, пока епископ не покрылся льдом толщиной в два пальца. Не брезговали этим и фашисты.

Растворение в кислоте
Подобная казнь, по свидетельству бывшего телохранителя Саддама Хусейна Карима (псевдоним, настоящее имя этот человек скрывает), осуществлялась в Ираке. Карим рассказывает, что узнал об этом, когда искал по тюрьмам Багдада одного человека (как телохранитель Хусейна он имел право входить в любую тюрьму). Поскольку человека, которого искал Карим, найти не удалось, сопровождающий офицер повернулся к нему и сказал:
—Может, твоего приятеля растворили в кислоте?
—Как это? — удивился Карим.
—Идем, покажу.
Они перешли в другое здание, где, как рассказывает Карим, «было помещение с бассейном 5Ч5 метров, окруженное оградой из кованого железа. Цемент в бассейне был темным. Над заполнявшей его прозрачной жидкостью стоял пар. Это была кислота. Я увидел останки, плавающие на поверхности, и офицер сказал: «Вот этого растворили два часа назад». Он объяснил мне, что сначала в кислоту погружали руки и ноги приговоренного, а потом уже его бросали туда целиком. Этот метод не был новинкой в регионе. Старые ливанцы вспоминают, что в 1958–1961 годах, во времена союза между Сирией и Египтом, сирийцы уничтожали таким образом оппозиционеров. Так погиб, например, Фарджалла аль-Хелу, Генеральный секретарь Ливанской коммунистической партии. Его жена тщетно требовала его тело целых 10 лет.

Почему в средние века казнили?
Ответ очевиден-людям нечем было заняться было мало развлечений вот и ходили посмотреть как других чеивертуют на кол садят и  вешают

Вполне возможно.Естественно и мера устрашения. Типа не ходите,дети,в АФРИКУ гулять...Некая вариация неотвратимости наказания.

Все пытки и казни ужасны, но мне показались 2 самыми жестокими.1.Это казнь викингов под названием "Кровавый орёл", где человеку рассекали рёбра, раздвигали в стороны и доставали лёгкие(но она пока не доказано).2.Это казнь или пытка в Китае, где человека ложили на землю а под него сажали тростник, поливали его, холили и лелеяли, а так как тростник растёт быстро ,но не достаточно чтобы убить человека сразу, он так и рос через него.

Орёл хорошо описан у ГАРРИСОНА, там ещё несколько казней даны как возможная реконструкция.

Понравилась статья




О.И. Тогоева

 
Казнь в средневековом городе: зрелище и судебный ритуал

 

Город в средневековой цивилизации Западной Европы. Т. 3. Человек внутри

городских  стен. Формы общественных связей. - М.: Наука, 1999, с. 353-361.


 

        Говоря о явлении публичной казни в средневековом городе, следует учитывать несколько важных обстоятельств. В первую очередь, это особенности самого города: именно в нем, особенно в городе крупном, торговом, интернациональном, создавались наиболее удобные условия для криминальной среды. Во-первых, там действительно было чем поживиться. Во-вторых, именно там, в городе, преступным элементам было легче остаться неузнанными. Эти элементы были ненавидимы бюргерами, ибо они посягали на установленный порядок, угрожая жизни и благосостоянию горожан. Именно они, с точки зрения судебных властей, представляли наибольшую опасность, ибо всегда оставались в тени, действуя исподтишка или под прикрытием ночи, и нередко не только случайные знакомые, но и соседи, и даже родственники не догадывались об их преступной деятельности.


         Сложность поимки уголовного преступника и доказательства его вины - вот причина, по которой каждый успешный судебный процесс должен был получить максимальную известность. Эта известность достигалась именно через процедуру наказания, которая всегда принимала в городе публичный характер. Для городских жителей эти зрелища были привычными. На протяжении своей жизни они присутствовали на многих подобных экзекуциях. Например, в Авиньоне в первой половине XIV в. ежегодно происходило до 15-20 казней. В Дижоне и Лионе в начале XV в. проводилось по одной, а в Ферраре - по 4-5 экзекуций в год.
353

        Публичное наказание человека, нарушившего плавное течение городской жизни, являлось своеобразным ритуалом очищения от скверны и восстановления изначальной чистоты в отношениях между людьми. Именно ритуальный характер церемонии позволял судебным чиновникам надеяться, что она будет правильно воспринята окружающими, что ее жестокость не стимулирует насилие, присутствующее в обществе в латентном состоянии, а, напротив, усмирит его.


        Впрочем, нельзя принимать во внимание только вынуждающее или запрещающее действие такого культурно-исторического ритуала, как процедура публичного наказания. Хотя в любую эпоху он предписывался и освящался надличностным законом, обусловленным традицией и культурой, он при этом неизменно сохранял характер "любимой привычки". Созерцания мучений преступника на эшафоте, костре или виселице обусловливалось не только обязанностью, но и личным желанием того или иного человека, его любопытством и - даже - стремлением поразвлечься. Как отмечал Н. Элиас, жители средневековых немецких городов специально собирались посмотреть на повешенных мужчин-преступников, у которых в момент казни наступала эрекция. Пристрастие к подобного рода зрелищам объяснялось их ярко выраженным общественным характером. Ритуал выступал здесь как активный стимул поведения всех членов общества.


       Это становится ясно при рассмотрении тех целей, которые мог преследовать ритуал в процедуре публичного наказания. Первая из них -передача сообщения - служила мостиком к двум другим, в осуществлении которых, собственно, и проявлялась особенность ритуала как носителя

354
стимулов поведения. Этими целями были отведение агрессии, ее сдерживание и формирование дружеских связей (или хотя бы взаимопонимания) между членами сообщества. "Сведение множества разнообразных возможностей поведения к одному-единственному, жестко закрепленному действию, несомненно, уменьшает опасность двусмысленного сообщения", - указывал австрийский этолог К. Лоренц, специально занимавшийся проблемой агрессии.


        Эти и некоторые другие вопросы, связанные с ритуалом публичного наказания, будут рассмотрены ниже на примере смертной казни через повешение. Этот вид уголовного наказания был отнюдь не самым распространенным в городах Европы в период позднего средневековья. Тем не менее, на его примере мы сможем последить все этапы и особенности процедуры, поскольку казнь через повешение следовала практически за все уголовные преступления - убийство, воровство, а также за политические преступления (lèse-majesté). В некоторых случаях применялось сожжение заживо (за колдовство или скотоложество), утопление (за детоубийство), но в связи с относительной редкостью таких преступлений источники содержат слишком мало сведений о процедуре наказания.


        Что же касается казни через повешение, то она рассматривается в данном очерке на материале Французского королевства ХIV-XV вв., с привлечением примеров из судебной практики других европейских стран.

   

Как отмечалось выше, церемония в качестве ритуала должна, в частности, нести функцию сообщения, то есть передачи однозначной информации. В случае публичного наказания адресатом сообщения становилась толпа горожан, окружавшая преступника и его стражу на пути от тюрьмы до места казни. Проблема передачи информации о виновности человека и справедливости вынесенного ему приговора заключалась для судебных чиновников в том, чтобы сохранить полностью ее смысл и быть уверенными в правильном его понимании, учитывая порой весьма ограниченные способности обывателей к восприятию.


          В любом культурно-историческом ритуале подобная задача решалась через усиление и утрирование оптических и акустических элементов церемонии. В нашем случае таким элементом становился внешний вид приговоренного к смерти. Первое, с чем мы сталкиваемся здесь, это постепенное расставание преступника с теми земными благами, которые он успел получить в жизни. Знаком такого расставания было последовательное изменение внешнего вида осужденного на протяжении всей процедуры. При выходе из тюрьмы и проходе по улицам города осужденный на смерть человек был одет в свое обычное платье и, следовательно, нес на себе знаки социальных, должностных и прочих различий, которые в прежней жизни выделяли его из толпы. Так, например, начальник финансов французского короля Жан де Монтегю в день своей казни 17 октября 1409 г. был одет, в соответствии со своим рангом, "в ливрею", красно-белый широкий плащ, такую же шапку, в одну красную туфлю и одну белую". А Колине дю Пюизо, сдавший мост Сен-Клу арманьякам в 1412 г., был проведен по улицам "в чем был схвачен", т.е. в облачении клирика.
355

         Таким образом, внешний вид приговоренного к смерти ни в коем случае не отождествлялся с видом кающегося, который представал пред всепрощающим Господом в одной белой рубашке. Хотя некоторые религиозные элементы могли дополнять облик осужденного (например, он мог нести крест в руках или просить своих стражей остановиться для молитвы перед церковью), они играли второстепенную роль. Указание на общественное положение преступника "в прошлой жизни" свидетельствовало о том, что за противоправное действие может быть наказан любой. Однако чаще всего обычный костюм осужденного на смерть дополнялся такими элементами, которые давали ясное представление о составе совершенного преступления. Именно так, по мнению судей, достигалась большая информативная точность всего ритуала. Каждое конкретное преступление накладывало на внешний облик приговоренного свой отпечаток. Так, например, человек, обвиненный в умышленном убийстве, должен был быть протащен за ноги по улицам города до места экзекуции. Виновный в случайном убийстве шел сам, но его руки были связаны спереди. Королевский чиновник, уличенный в изготовлении фальшивок, бывал клеймлен цветком лилии, а его голову украшала корона из сфабрикованных им документов. За политическое преступление (например, измену королю), как в случае с Жаном де Монтегю, человеку отрубали голову, а тело вешали на виселице.

 

Наибольший интерес вызывают дощечки с надписями, которые помещали на голове или на животе преступника. Там в краткой форме "большими красными буквами" был изложен состав преступления, обстоятельства его совершения и мера наказания, выбранная согласно этим обстоятельствам. Памятная надпись могла быть также установлена около места казни или на месте преступления. Такая дощечка являлась своеобразным итогом всего следствия и суда и должна была, по замыслу чиновников, напрямую знакомить обывателей с принятыми нормами права. Часто надпись появлялась, даже когда преступнику удавалось бежать: в этом случае она служила горожанам напоминанием, что этот человек объявлен вне закона, ему нет места в родном городе, и всякий, кто окажет ему гостеприимство, сам автоматически станет правонарушителем.


         Но здесь возникает некоторое противоречие. Надпись, т.е. записанная информация, должна была быть прочитана. Неграмотность части (подчас значительной) городского населения создавала определенное препятствие для визуального контакта, следовательно, было необходимо использовать и устное сообщение о составе преступления. Вслух причину смертного приговора произносил как сам преступник, так и судебные чиновники - в зависимости от решения суда. Это могло произойти и во время продвижения процессии по городу, и уже на месте экзекуции. Устное сообщение носило, таким образом, характер повторяющегося ритуализированного действия, усиливавшего его информативную ценность.

356


         Внешний вид и действия преступника на пути к месту казни представляли собой лишь первую составляющую строго разработанного ритуала, где каждый элемент был подчинен правилам, требующим неукоснительного исполнения. Проходя по улицам города, приговоренный к смерти все еще принадлежал к миру живых и на своем последнем пути вступал с ними в контакт, сравнимый с действиями актера на сцене - актера, выходящего на суд публики. Как актер, преступник проживал за один раз всю свою жизнь: кем он был и кем становился с каждым шагом, приближающим его к виселице. Диффамация личности в этот момент достигала, по-видимому, своей высшей отметки, поскольку ожидание казни дополнялось нравственными страданиями. Так, во Флоренции XV в. у жителей было принято сопровождать такого рода процессию громкими негодующими воплями, возгласами ужаса и даже слезами. Устные издевательства часто сменялись избиениями и даже членовредительством, поскольку горожане обычно бывали вооружены, несмотря на многочисленные запреты. К примеру, в Венеции или Оксфорде чаще всего в ход шли ножи для резки хлеба, которые вообще за оружие не считались, и в задачи стражи, окружавшей преступника во время прохода по улицам города, входило не столько предотвращение возможного побега осужденного, сколько защита его от нападений толпы и от попытки самосуда.


        Чтобы привлечь к действию побольше зрителей, время и место смертной казни были четко обозначены и практически неизменны. Процессия должна была пройти по определенным улицам, поскольку, как утверждают тексты судебных регистров, любое изменение маршрута могло быть истолковано как нарушение закона. Включенность особенностей городского ландшафта в процедуру публичного наказания лишний раз подчеркивала ее значимость. Так, в Венеции преступник должен был пройти вдоль всего Большого канала, а затем выйти на площадь Св. Марка, где его ожидала виселица, воздвигнутая между двумя символами городской власти: дворцом дожей и собором. В Лионе казнь совершалась у моста через Рону, куда осужденный в сопровождении судебных чиновников и палача шел по главным городским артериям: по мосту через Сону, соединяющему центр города с окраинами, и по улице Мерсьер. Важно отметить и то обстоятельство, что местом казни обычно избиралось место, где совершалось наибольшее количество преступлений в городе. В Париже это были Гревская площадь, площадь Les Halles и свиной рынок. В Тулузе - площади Сан-Жорж и Сан-Этьен. В Венеции - площадь Св. Марка и мост Риальто, где в 1360 г. властям пришлось увеличивать число ночных патрулей, поскольку 37% всех зарегистрированных преступлений приходилось именно на эти два места.


        Постоянство места способствовало наибольшему стечению народа. (Вспомним, что и балаган с заезжими актерами или театр марионеток сначала ехали по улицам, собирая любопытных, которые бежали за ними до самой площади). Зрителей привлекали крики глашатаев, звуки труб и барабанов. В особо важных случаях горожан собирали специальными постановлениями. Время также выбиралось наиболее удобное для большинства жителей города. Церемония всегда происходила днем, а не ночью, что явилось бы грубым нарушением ритуала казни. В 1405 г. прево Парижа было предъявлено обвинение в казни нескольких воров "вечером, тайно, под покровом тьмы". Раннее утро также исключалось, "так как еще никто не проснулся".
357

Оптимальным временем считался полдень, желательно, в рыночный день. В 1403 г. в Каркассоне истцы протестовали против исполнения смертного приговора в пятницу, поскольку "принято" (on a accoustumé) это делать "по субботам и в рыночные дни, между 11 и 12 часами дня". Полностью исключались для казни дни религиозных праздников (т.е. почти половина всех дней в году).


       Итак, процессия достигала места казни. Именно здесь происходило окончательное расставание преступника с миром живых. Если на улицах осужденный находился в толпе зрителей, хоть и отделенный от них стражниками, то теперь он оставался один на один с палачом. На последнем этапе процедуры публичного наказания между зрителями и осужденными пролегала граница, которая лишь условно носила материальный характер: место казни окружалось стражей. Эшафот в средние века применялся исключительно в случаях измены королю, когда преступнику, прежде чем вздернуть его на виселице, отрубалась голова. Виселица же устанавливалась прямо на земле.


         Отношения между ссуженным и палачом заслуживают особого внимания. Именно ответственность палача за правильное исполнение приговора являлось основой и сущностью последнего этапа публичного наказания в средние века. Она имела непосредственное отношение к ритуалу казни и его второй функции - направлению агрессии в безопасное русло. Палач встречал осужденного перед виселицей или эшафотом и сам переодевал его в белую рубашку смертника. Расставание с одеждой символизировало окончательное прощание с жизнью и, прежде всего, с тем местом в общественной иерархии, которое ранее занимал преступник. Такое переодевание было неотъемлемой частью ритуала и имело место всегда, даже если палач очень торопился. Вновь громко сообщался состав преступления, за которое человек должен был проститься с жизнью. В редких случаях приговоренному могла быть дарована особая милость: о его преступлении объявляли после казни. Так, например, прево Парижа Пьер дез Эссар, казненный в 1413 г., "молил всех господ [судей], чтобы его дело не было бы оглашено прилюдно до того, как его обезглавят, и ему было разрешено".


    Казалось бы. момент смерти неотвратимо приближался. Однако преступнику, строго в соответствии с установленным ритуалом, в последний раз предоставлялась возможность оспорить решение суда. Порой осужденный на смерть имел право затеять борьбу со своим палачом. Хотя чаще всего такой "поединок" бывал совершенно фиктивным, в случае победы преступник мог рассчитывать на изменение своей участи. Например, в 1403 г. в Сан-Квентине во время борьбы палач упал на землю, и толпа горожан потребовала от королевского прево освободить победителя, что и было сделано. Безусловно, такая схватка имела непосредственное отношение к Божьему суду, и ее исход, в представлении средневековых обывателей, да и самих судей, зависел от решения Свыше. Казнь могла прерваться и совсем уже чудесным образом - или веревка обрывалась, или лестница оказывалась слишком коротка для виселицы. Все это истолковывалось как божественный знак невиновности осужденного. Во Франции существовал также обычай, по которому любая девушка могла заявить о желании взять осужденного на смерть преступника в мужья, и в таком случае, при полном одобрении окружающих, их брак заключался прямо у подножия виселицы.
358
 

        Все возможности избежать наказания подчеркивали, что правом простить преступника обладал только Бог, и никакая светская власть не была в состоянии оспорить его решение. Однако, нужно отметить, что подобных примеров в источниках позднего средневековья все-таки очень мало, и обычно действие доходило до своего логического конца.


         Следующим необходимым по ритуалу этапом процедуры было прощение, даруемое жертвой своему палачу. "Когда он увидел, что должен умереть, он преклонил колени перед палачом, поцеловал маленький серебряный образок на его груди и весьма кротко простил ему свою смерть", - описывал казнь Жана де Монтегю парижский буржуа. Этот жест крайне символичен и важен для понимания всего ритуала экзекуции. Прощение осужденного должно было как бы примирить палача с собравшейся публикой. Конечно, к Х1У-ХУ вв. для обывателей была в общем ясна разница между частным лицом и представителем официальной судебной власти, ясен характер казни как официального акта. К тому же присутствие судебных чиновников, прево или его лейтенанта было обязательным при исполнении каждого смертного приговора. Абсолютная законность действия как бы лишала его характера частного явления и сводила на нет возможные проявления агрессии или мести. Гарантом же законности смертной казни выступала толпа зрителей, присутствовавших при экзекуции. В противном случае палач, приводящий в исполнение смертный приговор, мог бы рассматриваться как убийца, а это, в свою очередь, открывало возможность для мести со стороны родственников или друзей "убитого". Прощение преступника предотвращало это, и, в какой-то мере, возможно, подчеркивало положение палача как официального лица, а казни - как официального акта. К тому же, прощение убийцы убиваемым предусматривается христианскими заповедями.


         Как уже отмечалось, горожане собирались вокруг преступника, влекомого к месту казни, постепенно, по мере продвижения процессии. Важно учитывать то обстоятельство, что сам осужденный был крайне заинтересован в наибольшем числе зрителей, так как к ним в случае необходимости он мог обратиться за поддержкой. Для своего спасения преступники шли на различные уловки. Удачнее всего было притвориться клириком, поскольку закон запрещал применение смертной казни к людям духовного сана. В 1406 г. некий вор из Сан-Квентина на пути к месту казни кричал "Я - клирик, я - клирик!" так громко, что собралась "толпа в тысячу человек", которая требовала немедленного пересмотра дела. Регистр уточняет, что совет подала преступнику жена тюремщика, велев кричать не у выхода из тюрьмы, "поскольку там недостаточно людей, а посреди города, перед зданием суда".


      Таким образом, именно зрители становились свидетелями точного исполнения ритуала, являясь одновременно как бы последними судьями преступника на этом свете. К их помощи взывал он при победе над палачом, на их поддержку рассчитывал в случае с женитьбой. Толпа на-
359

блюдала чудеса, происходящие с орудиями палача - веревкой или лестницей, - и могла подтвердить невиновность осужденного. В такие моменты горожане, как бы вовлекались в судебную процедуру, с их мнением чиновники обязаны были считаться. Если же этого не происходило, толпа могла взбунтоваться и помешать проведению казни. Видимо, именно такие действия толпы побудили парижского прокурора заявить в 1406 г.: "Те, кто мешает казни приговоренных к смерти, совершает тягчайшее преступление (hault crime maxima)".


          Впрочем, свидетельство зрителей о божественном вмешательстве в дела светского суда не сразу освобождало преступника от уголовной ответственности. Горожане в данном случае были всего лишь свидетелями и могли требовать не отмены смертного приговора, а пересмотра дела, т.е. продолжения следствия. Однако единство мнений судебных чиновников, выносивших приговор, и горожан, собравшихся посмотреть на его исполнение, было необходимо. И те, и другие должны были прийти к выводу о необходимости и справедливости смертной казни в каждом конкретном случае. Только так достигалась третья цель подобной процедуры - единение разобщенных индивидов с целью защитить жизнь свою и своих близких от опасности, исходящей от мира преступников.


          Присутствие зрителей при экзекуции требовалось не только осужденному. В неменьшей степени оно было необходимо и судебным властям, ибо наказание не оканчивалось в момент смерти преступника на виселице. Душа умершего человека продолжала страдать и после окончания официальной процедуры. По закону труп нельзя было похоронить на кладбище, и он оставался на виселице по многу лет до полного разложения. (Незнание этого обычая нередко порождает мнение, будто в средние века смертная казнь была распространена наиболее широко, что свидетельствует об особой жестокости правосудия той эпохи. Действительно, виселицы редко пустовали, но по другой причине).


        В особо важных случаях, когда состав преступления того заслуживал, тело осужденного на смерть подвергалось расчленению, что символизировало невозможность воскрешения даже в Судный день. Например, уже упоминавшемуся Колине дю Пюизо были отрублены голова, руки и ноги и выставлены на всеобщее обозрение "на главных воротах Парижа", а тело в мешке вывешено на виселице. Части тела могли также отправить на непосредственное место преступления, как поступили в конце XIV в. с несколькими французскими сеньорами, перешедшими на сторону англичан. Их тела остались висеть в Париже, а головы "были отправлены в Нант в Бретани для того, чтобы выставить на воротах за предательство по отношению к этому городу и на вечную память (à perpétuel mémoire)".

         "Вечная память" о свершившемся преступлении и наказании за него не только возвращала горожанам уверенность в том, что они восстановили нарушенный порядок, покарали виновного и вновь обрели мир и спокойствие. Созерцание на протяжении долгих лет полуразложившегося трупа на виселице в первую очередь должно было служить напоминанием о недопустимости повторения подобного преступления другими людьми. Смертная казнь в
360
средние века выступала, таким образом, не только как примерное наказание одного человека, но и как наказание примером - примером для всех остальных жителей города. Собственно, весь ритуал смертной казни свидетельствовал о том, что основное внимание судей было уделено не преступнику, а именно зрителям. Для них создавалась особая атмосфера церемонии: почти театральная зрелищность атрибутов, нарочитая медлительность процедуры, исключительная доходчивость символики. Жестокость наказания не отталкивала зрителей, напротив, она притягивала, вызывая чувство торжествующей справедливости.


         Городские судебные власти решали таким образом двойную задачу. Во-первых, они пытались предотвратить рост преступности на вверенной им территории; во-вторых, укрепляли собственный авторитет. Прибегая к ритуалу, следуя в точности его правилам и призывая в свидетели своей справедливости все тех же горожан, власти убеждали их в законности насилия, применяемого по отношению к преступникам. Результаты этой деятельности не замедлили сказаться. Уже с конца XIV в. королевские суды в городах Англии и Франции получили исключительное право самостоятельно возбуждать уголовные дела, не используя доносы и слухи, а ссылаясь лишь на собственное мнение об имевшем место нарушении закона. Смертная казнь в качестве одного из видов наказания становилась орудием власти по управлению подданными. Та же ситуация наблюдалась в Испании, где набирали силу суды Инквизиции, и в Италии, в некоторых городах которой, по выражению хрониста, попадалось "больше отрубленных голов, чем дынь на рынке".


         Охраняя свою сущность, свою целостность, свою безопасность, средневековый город, как и все общество, на насилие отвечал насилием.

КАСТРАЦИЯ

Так у древних скифов бытовал обычай брать с собой на войну маленькие медные или железные серпы, чтобы оскопить попавших в плен. Поскольку у этого народа женщины сражались бок о бок со своими мужьями и любовниками им зачастую отдавался этот унижающий противника ритуал.

Во времена Римской империи применение этого наказания достигает одного из пиков: после разгрома восставшей Иудеи, пленные мужчины были оскоплены раскаленным железом, ослеплены на один глаз и загнаны в африканские каменоломни добывать мрамор. Римские патриции очень часто использовали евнухов. Не лучше обстояло дело и в Византийской империи, когда в роскошных женских покоях прислуживали десятки евнухов. Как описывал историк Кавказа, «в те времена в Аланских горах правили князья из ромеев (византийцев). Это были волки, а не правители. Они кастрировали красивых мальчиков и продавали их в рабство». Надо отметить, что в те времена, да и в более поздние на Востоке начинают создаваться два типа евнухов. В первом случае, когда операцию проводили в детстве, удаляли все — оскапливали, при этом в результате жестокой операции погибали сотни красивых рабов. Их обычно покупали для гаремов, когда владельцы боялись, что скучающие жены и наложницы смогут развлекаться и с таким любовником. В зрелом возрасте удаляли только мошонку с яичками. Такой мужчина был способен совершить половой акт, но забеременеть от него женщина господина уже не могла. Таких евнухов часто приобретали для публичных домов, где их заставляли обучать девушек любовным играм.

Не уходил в забытье этот варварский обычай и в Средневековье. Очень часто оскоплением наказывали за изнасилование или прелюбодеяние. Во многих арабских странах в те времена за супружескую измену забивали камнями провинившуюся женщину, мужчина «подлежал лишению своего естества под ножом палача». Как писал Низами, «даже великий визирь не мог взять мужнюю жену под страхом быть битым палками по пяткам и лишению мужества».

Почему это наказание было так распространено, надо вспомнить, что большинство народов обожествляло мужской орган, знаки фаллоса, стоящего мужского члена, встречались по всему миру. Зачастую от сексуальной силы мужчины зависело и его общественное положение. Так, в ряде африканских стран, вождя племени убивали, когда он не мог удовлетворить определенное число женщин. Например, в Библии (во Второзаконии, если не ошибаюсь) говорилось «у кого раздавлены ятра или отрезан детородный член не может войти в Царство Божье». Даже в общении с Богом отказывалось тому, кто был оскоплен. Лишенный мужских частей становился как-бы изгоем, парией в обществе.

Когда в XIV веке состоялось так называемое дело «Нельской башни», обвиненные в совращении бургундских принцесс — жен принцев Франции, рыцари д’Онэ были приговорены к страшному наказанию — им перебили ноги и руки железным ломом, оскопили их и «палачи, рассчитанным одновременным движением, высоко подбросили в воздух то, что ввергло братьев д’Онэ в смертный грех», затем с них заживо содрали кожу и, наконец, обезглавили. Их тела обвязали под мышками веревкой и повесили на виселице, чтобы их расклевали птицы. Оскопление входило в дьявольски жестокую «квалифицированную казнь» в Англии.

Иногда оскопление применяли, как орудие варварской расправы — прославившаяся своей жестокостью и распутством меровингская королева Франции Фредегонда, если любовник не совсем удовлетворял ее приказывала вырвать ему половые органы. Не менее жестокая сестра турецкого султана Селима, Тейше, еще в XIX веке, заманивала к себе молодых красавцев, а после бурной ночи либо приказывала их утопить, либо «при помощи известной операции сделать так, чтобы Тейше осталась последней женщиной в их жизни». Те, кому повезло умереть не избегали этой позорной участи.

Во время печально известной Варфоломеевской ночи во Франции д’Обинье описывал, как толпы придворных дам «своими нежными ручками снимали с убитых мужчин одежду, дабы удостовериться, сколь велики их принадлежности». Эти, славящиеся своей порочностью, красавицы не удовлетворялись простым зрелищем, некоторые уродовали трупы, отрезая им мужские части. В Древней Ирландии описывалось, как после боя оскверняли трупы убитых врагов, отрезая причинные места мужчинам, трупы женщин (которые в этой стране сражались, как и у скифов, рядом в мужчинами в роли колесничьих или лучниц) насиловали, втыкали в их влагалища разные предметы. Даже в наше время и германские нацисты и их более восременные последователи не упускали случая засунуть в рот убитому его отрезанный член.

Кастрация мужчин была широко распространена в древности и в средние века для подготовки евнухов (хранителей гарема), а также у мальчиков-певцов для сохранения у них детского голоса (сопрано). Кастрация применялась как средство мщения и наказания пленных не только в древние и средние века, но и во время Великой Отечественной войны немецкими фашистами.

Некоторый интерес представляет собой эта операция, производившаяся ранее с религиозной целью у скопцов. Так, среди жрецов финикийской богини Астарты (войны и половой любви) бытовал обычай самокастрации, такой же ритуал существовал в древнеегипетских мистериях оплодотворения Изиды. В России оскопление лиц обоего пола применялось приверженцами религиозной секты скопцов, появившейся еще в XVIII в. В первое время существования скопчества ими применялось так наз. «огненное крещение», заключавшееся в том, что адепту данной секты производилось удаление яичек с частью мошонки с помощью раскаленного железа. В дальнейшем для этой операции стали применять разного рода режущие инструменты, а раскаленное железо — лишь для остановки кровотечения. Эта операция удаления яичек, по скопческому учению, представляет собой «первое очищение» или «малую печать». «Большая», или «царская печать», представляет собой сочетание удаления яичек с отнятием полового члена. Операция эта обычно производится в сидячем положении оперируемого и после предварительной перевязки основания мошонки и полового члена. После этих операций остаются обширные и весьма характерные рубцы.

Что же происходит с человеком после подобного изувечивания?

Последствия, обусловленные кастрацией, в организме мужчины в большой мере зависят от возраста, в котором производилась данная операция. При кастрации в детском возрасте до полового созревания отмечается недостаточное развитие полового аппарата. Как показали вскрытия трупов евнухов, семенные пузырьки и предстательная железа у них атрофичны, половой член мал и недоразвит. Волосы на теле скудны, на конечностях и у заднего прохода отсутствуют. В подмышечных впадинах и на половых органах волосистость мало выражена. В области лобка волосы растут по женскому типу. На голове у кастратов волосы густые, и они почти не лысеют (на это указывал еще Аристотель). Лицо безбородое, на щеках и на верхней губе небольшой пушок; в пожилом возрасте на подбородке и на углах губ отмечается рост бороды, как у некоторых старых женщин. После кастрации, произведенной до полового созревания, происходит усиленный рост костей в длину в результате длительного сохранения зоны роста костей. Рост длинных трубчатых костей влечет за собой несоответствие между длиной конечностей и туловища. Поэтому среди кастратов (евнухоидов) довольно часто встречаются люди высокого роста. Череп кастратов мал, челюсти сильно развиты, надбровные дуги выпячены, корень носа запавший, выступ затылочной кости сглажен. Таз вследствие роста костей широкий. Голос высокий, к старости — более низкий. Гортань останавливается в своем развитии, выступ ее (адамово яблоко) сглажен, так что кадык похож на женский. Выражение лица обычно постоянно усталое, безразличное, темперамент очень спокойный и вялый (может быть этим была обусловлена кастрация строптивых рабов). Если кастрация была проведена в зрелом возрасте, то половое влечение сохраняется в течение длительного времени, часто сохраняется даже способность к половому акту (тут работают гормоны желез, расположенных внутри тела).

Так у древних скифов бытовал обычай брать с собой на войну маленькие медные или железные серпы, чтобы оскопить попавших в плен. Поскольку у этого народа женщины сражались бок о бок со своими мужьями и любовниками им зачастую отдавался этот унижающий противника ритуал.

Я не могу вспомнить такого ни у Геродота ни у других авторов. Был бы признателен если подскажете где искать.

Во времена Римской империи применение этого наказания достигает одного из пиков: после разгрома восставшей Иудеи, пленные мужчины были оскоплены раскаленным железом, ослеплены на один глаз и загнаны в африканские каменоломни добывать мрамор.

Иосифа Флавия "Иудейская война" пришлось очень внимательно и не раз читать, но такого там нет. Ни оскоплений, ни ослеплений.
Могу добавить от себя что в Византии оскопление часто применялось в отношении представителей знати, как способ наказания.

В Древней Ирландии описывалось, как после боя оскверняли трупы убитых врагов, отрезая причинные места мужчинам, трупы женщин (которые в этой стране сражались, как и у скифов, рядом в мужчинами в роли колесничьих или лучниц) насиловали, втыкали в их влагалища разные предметы.

Я не встречал подобного. Где же почитать?

Даже в наше время и германские нацисты и их более восременные последователи не упускали случая засунуть в рот убитому его отрезанный член.

Упоминание именно "германских нацистов" и их современных последователей - это наверно такой "общечеловеческий" штамп. Я не заметил особой разницы и разнообразия в зверствах исламистов, сионистов, белофиннов, всяких экстремистов и националистов. Если у вас есть сведения о монополии "фашистов" на эту процедуру буду вам признателен.